Автор Николай Денисович, Март 25th, 2011

У человека есть душа и тело. Всем понятно, когда о хорошем человеке говорят:”Душевный”, “Душа обшества”. Когда говорят о больном обществе, все понимают, что разговор идёт о его духовном состоянии. Но как определить наличие или отсутствие этой “болезни”. Мы научились прятать свои душевные состояния и только оставаясь один на один с самим с собой можем поставить себе честный диагноз. Но далеко не каждый делает это объективно. Какими душевными качествами наделены казахстанские корейцы( читай, постсоветские) и откуда растут их корни? История жизни корейцев и на исторической Родине, до и после деппортации имеет одну общую картину — это всегда были взаимоотношения между сильным и слабым. Положение слабого в течение столетий и даже тясячелетий, видимо, трансформируется в определённую привычку. Умение терпеть, молчать, страдать и приспосабливаться стали нашей национальной чертой. Сильным всегда легче. Они могут разрешить или не разрешить жить корейцам, там где они жили. Или в одночасье, как стадо баранов, численностью 180 тыс. погрузить и выкинуть в степях Средней Азии и Казахстана. Зачем им национальные школы, библиотеки- обойдутся. Пусть учат русский или другой языки. Они же туземцы( как будто туземцы не люди). К сожалению, именно такое было отношение к корейской культуре и духовности. Наши предки были вынуждены смотреть в рот и глаза сильному с тем, чтобы сильный не рассредился. Эта участь и психология всех слабых. Вот уже более 70 лет большая часть корейской диаспоры, по инерции, мечется в поисках счастья. В самые тяжёлые годы это были дифицит еды и своего угла, где можно было элементарно жить. Подобные испытания на долю корейской диаспоры, выпали дважды. Первый раз, когда спасаясь от голода и деспотии на своей исторической родине они покинули её и расселились в разных регионах Дальнего Востока. Второй раз, после насильственной депортации 1937 года. Обычно эти события рассматриваются с позиции статистических данных и архивных документов, которые становятся доказательной базой для разного рода утверждений и выводов. Наверное, так легче и доступнее, ибо, как правило, рассматривается только верхняя часть айсберга проблем. Но человек и общество гораздо более тонкие организации. Но не надаром медики считают, что лечить нужно не болезнь, а больного,т.е. выздоровлении во многом зависит от веры больного в своё выздоровление. Корейцы подверглись прежде всего не физическому, а духовному(культурному) геноциду. Физический геноцид это репрессии и растрелы. А духовный, когда у корейцев отняли возможность быть носителями своей культуры. Если после физического насилия из выживших 120 тыс, сегодня в постсоветском пространстве уже живут почти 500 тыс. моих соотечественников, то результатом духовного геноцида является следующий факт — сами корейцы, в большинстве своём, потеряли интерес к знаниям о своём народе и культуре. Это не обвинение-это сегдняшняя реальность. Ведь точки зрения или убеждения по таким ключевым, национальным проблемам, формируются не год и даже не 20 лет, а поколениями. По большому счёту, все достижения корейцев, а их на самом деле не мало, были направленны во все сферы народного хозяйства, и почти никогда для истинного возрождения своей самобытности. Идеология страны советов подвела сознание корейцев к тому, что они даже сами отказывались от уроков корейского языка. Они умели заставлять народ принимать решения, которые им было нужно. Примерно так силовики выбивали нужные признания за не совершённые преступления, но с нашей национальной культурой всё было сделано грубо и без боязни возмездия. Они просто перекрыли все доступы к источникам нашей национальной духовности и через одно поколение мы уже потеряли к ней интерес. Не осознав себя жертвами духовного геноцида, мы так и останемся людьми, не познавшими счастья от принадлежности к духовному богатству своего народа.