Ком Михаил МИхайлович

Собранный материал в основу которого легли документы, факты и свидетельства, найденные в архивах института Востоковедения Российской академии наук, энтузиастом исследователем Ким В.Д. из Узбекистана; учеными из Республики Корея — Пан Бенъюлем и Пак Хваном  и американским ученым Ше Де Сук. Информационным источником данного исследования стал документальный архив и воспоминания членов семьи Михаила Михайловича Кима.

Среди первых

История приморских корейцев России – выдающаяся глава в 5-ти тысячной летописи корейского народа. В ней особое место занимают Чхве Джэхён  и его воспитанник – сподвижник  Ким Ин. «В 1910 г Петр Семенович тайно организует с Ли Джонхо антияпонское народное собрание в Янчихе. Став его председателем, он развертывает деятельность по учреждению школ, воспитанию молодых кадров для борьбы за независимость Кореи». Как отмечают, Пан Бенъюль, и сын Чхве Джэхёна, Валентин Петрович, среди стипендиатов и воспитанников Петра Семеновича, прошедших обучение  в педагогических и военных школах, в обоих списках Михаил Ким числится первым.
В конце 1917 года на территории Приморского края России установилась Советская власть. Возвращается с германского фронта I-ой Мировой войны кадровый офицер Ким Ин с хорошим знанием японского языка, вскоре он избирается  членом земельного совета Никольск – Уссурийского совета депутатов трудящихся…
Профессор Пан Бенъюль на научной конференции в Москве в 1997 году подчеркнул: «В конце 1918 года и в последующий период перед корейской общиной стояли не терпящие отлагательства актуальные задачи: возможное участие в открывающейся мирной конференции в Париже и подготовка проекта Декларации о национальной независимости Кореи; образование Совета корейских граждан – Тэханкукминхве – и проведение первомартовских массовых манифестаций»…
Нет никакого сомнения в том, что  Ким Ин стал правой рукой Чхве Джэхёна, главы дипломатического отдела Корейского национального Совета, и принимал участие в организации всех конференций и заседаний, выполнял секретные поручения Совета, участвовал в разработке плана проведения Первомартовских манифестаций вместе с Хван Ха Иром.
5 марта 1920 года в газете «Известия» была напечатана статья Пак Диншуна «Итоги революционного движения в Корее с 1 марта 1919 по 1 марта 1920 года», в которой отмечалось: «…Во внутренней Корее движением руководил «Комитет борьбы за независимость Кореи», а в приграничных  с Россией и Китаем частях Кореи – «Корейский национальный Совет». Вскоре оба центра корейского революционного движения создали «Временный совет Комиссаров», который находился в Шанхае….».
«Михаил Михайлович Ким «по направлению командования, как надежный  и стойкий партизанский командир был направлен на подпольную революционную работу в Манчжурию, где занимался мобилизацией сил патриотического сопротивления…». Там он координировал взаимодействия партизан из Кореи и Российского Приморья в боях и занимался распределением добытого и полученного оружия…
После жестокого подавления японцами  Первомартовского восстания, Ким Ин (Михаил Михайлович) с Цой Шенхаком и другими был направлен в Манчжурию для подпольной работы,
Нет никакого сомнения в том, что для разработки важных военных, разведывательных операций привлекались кадровые офицеры, такие как О Хамук, Хан Менсе, Ким Ин. О том, что Ким Ин хорошо владеет «языком оккупанта» знали и Ли Дон Хви и Мун Чанбом.
Именно в этот период подпольной работы в Манчжурии Ким Ин подружился с Ли Дон Хви, который после гибели Чхве Джэхёна, как старший товарищ и наставник, сыграл огромную роль в жизни Михаила Кима. Только  по рекомендации Ли Дон Хви, в 1921 году он вступил в Коммунистическую партию. Хотя до этого не признавал Советскую власть, как и Чхе Джэхён, потому что она посягала на частную собственность богатых корейцев России, а именно они  финансировали антияпонскую борьбу…
Осенью 1920 года восстало корейское население хуньчуньской долины Северо-Восточной Манчжурии. Вскоре антияпонская борьба охватила весь район Кандо. Против партизан количеством 30-40 тыс. человек  японцы ввели 2 дивизии своих войск. Партизаны отступили на советскую территорию. «В течение ноября 1920 г. – февраля 1921 г. продолжалась известная в корейской историографии под названием «хуньчунская бойня» расправа, в ходе которой  корейское население Кандо подверглось неслыханным жестокостям: тысячи человек  были расстреляны, сожжены заживо, их селения разграблены и разрушены…»
Две тысячи изможденных после боев партизан перешли из Северной Манчжурии в Амурскую область России. Корейские повстанцы, естественные союзники России против Японии, не подозревали, что советское руководство – Иосиф Сталин с зам.председателя комиссариата иностранных дел Караханом устроит им «амурскую бойню», не уступающую по своей жестокости недавно прошедшей.
Советские руководители воспользовались неразберихой из-за свары между «иркутянами» во главе с Шумяцким из Дальневосточного секретариата Коминтерна с корейской секцией Дальневосточного  ЦК РКП(б), которых поддерживало военное командование Дальневосточной Республики. Всекорейский Национальный Совет также противостоял коммунистам из вышеуказанной секции, которые ставили вопрос о закрытии  Совета. Все они хотели подчинить себе корейское партизанское движение. Ше Де Сук, автор книги «Корейское коммунистическое движение 1918-1948 гг (Москва 2002, стр 41) правильно замечает: «Наверное, более интересным объяснением является то, что этот инцидент стал результатом соглашения между Караханом и японским дипломатическим атташе Фусавой о разоружении воинственных корейцев».
28 июня 1921 года «По данным командиров Сахалинского корейского отряда, в результате «амурской бойни» убитых, утонувших и пропавших без вести, было 400, разоруженных и отданных русским частям в качестве военнопленных с ярлыком контрреволюционеров — 900 человек».
«По данным исследований, в годы гражданской войны (1918-1922 гг.) в рядах, сражающихся за Советскую власть, было около 15 000 корейских партизан, объединенных в 49 отрядов, в том числе 4 полка входивших в оперативное подчинение 5-й Народно-революционной армии».
После сталинско-карахановской «амурской бойни», все оставшиеся в Амурской области корейские военные части, за исключением разоруженных, в количестве 2 500 человек, были сведены в Отдельную корейскую стрелковую бригаду под командованием О Хамука.

Непримиримая  борьба

…Но все чаще поёт в задумчивости Ким Ин «По долинам и по взгорьям» — гимн партизан Приморья. Потому что он догадывался, кто организовал «амурскую бойню»…

Вставка

— «…За последнее время на территории Приморья наблюдаются ненормальные явления. Расселенные по уездам и лишенные документов корейские партизаны арестовываются, держатся  в тюрьмах и высылаются в Корею, где они попадают в руки японских властей. (Случай с 40 партизанами-корейцами в селе Покровка).
— «…18.01.1923 г. Дальневосточное бюро Центрального Комитета Российской Коммунистической партии большевиков постановило выселить всех корейцев из Приморья, — пишет в народный комиссариат по делам национальностей Хан Менсе. Он просит переговорить с товарищем Сталиным по этому вопросу, «иначе мы не сможем «мирно» разрешить его».
В период с 1927 по 1932 годы Политбюро ЦК ВКП(б) на секретном заседании неоднократно поднимался вопрос о насильственном выселении корейцев с Приморья, хотя эти проекты противоречили международному праву и Конституции Страны Советов.
Несмотря на провал неподготовленного проекта 1922 года о выселении корейцев с Южного Приморья, снова с 1926 года, после подписания «Конвенции об основных принципах взаимоотношений между СССР и Японией» от 20 января 1925 года, проводится линия на то, чтобы корейское население заменить русскими переселенцами.
«Из 150 тысяч корейцев Владивостокского округа выселению подлежало около 100 тысяч человек… Из-за полной неподготовленности условий переселения план провалился. На новых местах переселенцы попали в такие нечеловеческие условия (даже нельзя было выкопать колодцев, и пили озерную, то есть болотную воду), что люди не могли ни пахать, ни сеять, а дети погибали массами.» / «Дорогой горьких испытаний» Москва. 1997 стр 27,28,29/
В этот трудный период Ким Ин занимает пост прокурора г. Владивостока и области,  опираясь на поддержку своих соратников, подвергаясь риску, он всячески препятствует выселению корейцев с Владивостокской области в Хабаровский край.
Ким Ин понимал, что выселение корейцев с Приморья в вечную мерзлоту в районе реки Тунгуски, политика принудительной ассимиляции грозит его народу тяжкими демографическими потерями и деградацией.
Благодаря деятельноститМихаила Михайловича и его соратников  в ДВК работали: единственный в мире корейский педагогический институт, 2 корейских пед.техникума, один сельскохозтехникум, краевая корейская совпартшкола, корейское отделение Высшей коммунистической сельскохоз.школы. Таких учебных заведений в колониальной Корее, насчитывавшей тогда население в 20 млн. человек, не было.
«В ДВК издавалось 6 журналов и 7 газет на корейском языке: Тираж самой массовой корейской газеты «Сенбон» достиг 10 тыс. экземпляров…
В начале 1932 г во Владивостоке открылся Дальневосточный краевой корейский драматический театр…
Корейские трудящиеся готовы были встать на защиту своего отечества и оказать помощь по освобождению колониальной Кореи». /Б.Д.Пак, Н.Ф. Бугай «140 лет в России, Москва, ИВ РАН, 2004г, стр 234/
Таким образом, к 1934 году Ким Ин и его единомышленники восстановили то, что разгромили японцы в 1918-1922гг. Они не только возродили, но и подняли корейское население на более высокий уровень (материальный, интеллектуальный, по боевой выучке). Многосторонне укрепили Посьетский плацдарм антияпонской борьбы.
Ким Ин ясно осознавал всю опасность сталинской политики для своего народа и Кореи.
Свою твердую гражданскую и политическую позицию он впервые продемонстрировал в Москве, когда зимой 1934 г. на ХVII съезде  ВКП(б) его рука взметнула вверх алый мандат делегата «против деспота и тирана» Иосифа Сталина. Ким Ин «решил не отступать иначе как после смерти». Кстати, из 1961 человек  делегатов съезда, 1108 были расстреляны или погибли в сталинских лагерях.
«31 января скончался «выдающийся корейский революционер, один из первых, кто встал под знамя коммунистического движения». Этими словами выразили свое соболезнование в телеграмме ученики, соратники и единомышленники Ли Дон Хви. Телеграмма была напечатана в корейской газете «Авангард» 4 февраля 1935 года. В том же номере была опубликована статья о жизненном пути покойного героя.
Незамедлительно последовали выводы, сделанные инструктором  обкома партии В. Ляном, который призывал осудить действия: «членов партии А. Кима, М. Кима и отказаться от фракционности, выступить публично в печати с признанием и разоблачением своих и шанхайской группировки политических ошибок. Призвать всех своих единомышленников сложить фракционное оружие. Необходимо обсудить эти вопросы на бюро обкома и ошибку газеты «Авангард», поместившую ошибочную биографию Ли Дон Хви. Решение обкома обсудить на закрытых партсобраниях корейских коммунистов»…
4 ноября 1935 года М.М. Кима арестовали прямо в зале заседания пленума крайкома партии…

Арита ЦОЙ