Никогда не думал, что сказки могут быть такими светлыми и поучительными.  Что-то новое в этом жанре. В детстве страшно увлекался сказками, и считаю себя знатоком сказок. А тут впервые, в груди у меня счастливо металась радость от прикосновения с настоящим и от того, что такое чудо не прошло мимо меня!

Почитайте и тоже порадуйтесь!

Запомните это имя- Цхай Ирина- сказочная сказочница.

  Поющая Радуга

 Жила-была на свете маленькая Радуга. У неё было всего два цвета — красный и синий. И потому ей не разрешали появляться ни над лесом, ни над городом, ни над речкой, ни даже над лужей.

Доктора выписывали ей разные лекарства, назначали желтые, зеленые и фиолетовые ванны, но ничего не помогало: Радуга подрастала, а разноцветней не становилась.

Однако она не унывала и в свободное от разных ванн время брала уроки пения.

Вообще-то радуги не поют — боятся, что от пения с них вся краска облетит, и их не пустят над Землей покрасоваться. Они всё время в зеркало смотрятся и следят, чтобы разноцветные полоски с места на место не перебегали. Так что учиться им некогда.

Ну, а маленькую Радугу и так никуда не пускали, да и красоваться она не любила — ни над Землей, ни перед зеркалом. А петь ей очень нравилось, вот она и пела целыми днями. Тайком от мамы, конечно.

И вот настал день, когда маленькая Радуга САМА сочинила песню. Это была замечательная песня про то, как это здорово — жить на свете и любить маму.

Маленькая Радуга не удержалась и спела маме эту песню. Хотя и боялась, что её будут ругать.

Радуга-мама сначала испугалась, что от пения дочка станет совсем бледной, но потом ей так понравилась песенка, что она даже разрешила маленькой Радуге ходить в музыкальную школу. Хотя там учатся только Молнии, Дождинки, Градинки и Метели.

Маленькая Радуга оказалась прилежной ученицей, и вскоре в Небесной академии ей не было равных!

Правда, все остальные радуги говорили, что мама-Радуга поступила очень плохо, и маленькая Радуга так никогда и не станет разноцветной. И поделом! Нечего не своим делом заниматься.

Маленькая Радуга вздыхала, но продолжала учиться. Все равно ей уже никогда не стать разноцветной…

И вот настал день Великого Весеннего Концерта. Маленькая Радуга должна была исполнить песню собственного сочинения.

Сначала ей было очень страшно, но потом она собралась с духом и спела так хорошо, что все остальные радуги громко захлопали в ладоши и закричали: «Браво! Браво! Молодец!»

Маленькая Радуга засмеялась от счастья, и вдруг на глазах у всех у неё появились недостающие цветные полоски!

 

Гордая Слива

Жила-была Слива. Когда-то она на ветке росла, а теперь жила в банке под жестяной крышкой в сладком сиропе.

Но жизнь у Сливы была несладкая. Днем и ночью ей не давала покоя одна и та же навязчивая мысль: ну почему она не Дыня — большая, гордая и одинокая? Лежала бы на полочке, веревочкой обвязанная, а не парилась бы в темноте с сестричками вперемешку.

Злилась Слива, злилась, да и лопнула, и плесенью покрылась.

Хозяйка банку открыла и выбросила гордячку в мусорное ведро.

Слива больно стукнулась о стенку, но подумала: «Зато теперь не будет тесно!». Но тут на Сливу обрушился такой град очистков, огрызков и бумажек, что она чуть не упала в обморок и из последних сил стала карабкаться к краю ведра…

. . .

Очнулась Слива в каком-то тёплом, узком даже для неё коридорчике. Это была мышиная норка. В норке жил мышонок Федя. Мышонок был совсем маленький. У него была сломана лапка. А маму съела кошка.

Федя никогда в жизни не видел слив. Он спросил, затаив дыхание:

— Здравствуйте, Вы кто?

Слива смутилась и сказала:

— Я — …Дыня…

И, помолчав, добавила:

— Ну, только маленькая.

А, подумав ещё, совсем тихо уточнила:

— Сливой зовут.

Продолжение следует

 

Королева Катушка

 

У Катушки с нитками был слишком длинный язык. И как его ни обрезали, все равно не становился он короче. И потому Катушка была страшной сплетницей — не умела держать язык за зубами. Ведь зубов-то у неё не было!

 

Когда Катушкины соседи устали от её сплетен, они подарили ей золотой зубной протез — чтобы меньше болтала.

 

Но Катушка не поняла такого тонкого и вежливого намёка. Она решила, что это — золотая корона, а Ножницы, Иголочки и Тряпочки признали её королевой. Надела протез на голову и вдруг задумалась: «А не слишком ли много я говорю для королевы? Надо бы стать посолидней».

 

И перестала сплетничать. Почти.

 

 

Чесночная мечта

Чесночинка жила в Головке Чеснока со своими сестричками и думала о том, что… Да ни о чём она не думала. Жила, и все тут.

 

А Головка Чеснока думала. На то она и Голова. Она думала о том, что неплохо бы деток в люди вывести… Из одной дольки — Лилию вырастить. Из другой — Тюльпан. Из третьей — Хризантему. Или даже Розу. Почему бы и нет?

 

Но Мама разломила Чесночную Головку, растёрла дольки и сделала больному ребёнку лекарство.

 

И ребёнок перестал болеть, повеселел и нарисовал Маме красивый-прекрасивый букет — там были и лилии, и тюльпаны, и хризантемы, и даже розы.

 

«А все это — благодаря моим деткам…» — подумал Хвостик от Чесночной Головки.

 

Иголочкина радость

Иголочка-непоседа обожала танцевать: светилась от радости, когда её из игольницы вынимали. То на цыпочках постоит, то волчком закружится, то рыбкой нырнёт, то взлетит птицею. А потом, уставшая и счастливая, укладывается спать в свою игольницу. А на белом шёлке радостью распускаются цветущие весенние деревья, облака пушистые, радугой расцвеченные, океаны безбрежные, водопады хрустальные…

И даже когда просто носок Иголочка штопала — и на носке кусочек её радости оставался!

Сказка о Старой Зубной Щётке

В ванной комнате, в стаканчике на полочке, жила Старая Зубная Щётка. Она действительно была очень старая, и ею давно уже никто не пользовался — ни Папа, ни Мама, ни девочка Оля. У каждого из членов семьи было по новой, яркой и красивой зубной щётке, которые стояли в одном стаканчике со Старой Зубной Щёткой и смеялись над нею:

— Эй ты, старая лысина, когда же тебя на помойку выбросят? — говорили они.

Старая Щётка молчала, глотая слёзы. Ответить-то ей было нечего! Она действительно уже никуда не годилась. Но она так любила этот дом, этих людей, особенно девочку Олю!

Как она радовалась, когда утром девочка заходила в ванную! Как ей хотелось, чтобы её тоже взяли в руки! Но, с другой стороны, если её и вынут из стаканчика, то только для того, чтобы выбросить… Так думала Старая Щётка и старалась спрятаться за спиной своих ярких соседок.

Ну что за жизнь была у бедной Щётки!

Но вот однажды в ванную комнату вошла девочка Оля, подставила скамеечку и взяла Старую Щётку.

— Наконец-то! — в один голос загалдели новые щётки. — Наконец-то её отправят на помойку!

Старая Щётка ужасно перепугалась, но утешала себя тем, что хоть напоследок посидит в Олиных руках…

Старая Щётка зажмурила глаза и открыла их только тогда, когда поняла, что они уже прошли мимо кухни и туалета и зашли в детскую комнату. А мусорного ведра в детской не было! Что же будет дальше?

А дальше было вот что. Девочка Оля достала коробку с разноцветной гуашью, большой альбом, обмакнула головку Старой Щётки в яркую краску и нарисовала весеннюю траву, а потом — голубое небо, а потом поставила Старую Щётку в карандашницу и взяла тонкие кисточки — дорисовать деревья, цветы и солнце.

Когда Оля уже спала в своей кроватке, Кисточки познакомились со Старой Щёткой. Они очень обрадовались её появлению, потому что были тоненькие и уставали, рисуя небо, землю, воду, и с удовольствием приняли Щётку в свою компанию.

Так Старая Щётка стала художницей и обрела семью.

И стали сниться ей замечательные цветные сны!

Вежливый Чайник

Жил-был Вежливый Чайник. У него был свисток. Но Чайник был вежливый, и поэтому никогда не свистел, не сопел, не фырчал и не пыхтел. Ведь свистеть в доме неприлично, а уж пыхтеть и сопеть — тем более. Вот люди и никак не могли понять, вскипела вода или нет. Чай то холодный получается, то вовсе вся вода испарится, заново приходится ставить.

Рассердились люди, на свалку Чайник отправили. Обрадовался Вежливый Чайник: наконец-то посвистеть можно! Но недолго свистел. Шёл мимо человек, увидел: Чайник-то какой весёлый и новый совсем! И домой забрал. А чай тот человек совсем не пил. Так что Чайник дома продолжал молчать по старой привычке, и никто из-за этого не расстраивался.

А по воскресеньям человек брал своего Вежливого Чайника в лес. Они садились на пенёчки и свистели, как свиристели, сопели, как медвежата, и пыхтели, как ёжики.

Сказка про любовь

Жили-были на одной улице два Фонарика — Жёлтый и Оранжевый.

Оранжевый Фонарик был озорной и любознательный. И так ему надоело на одной ножке стоять! Захотел он другие места посмотреть, попутешествовать. А как? Ножка-то у него только одна. Стал он просить соседа:

— Дай мне свою ножку! Я погуляю, а что увижу, все тебе расскажу.

Долго упрашивал. Наконец Жёлтый Фонарик согласился и отдал Оранжевому свою ножку. А сам на скамеечку присел и стал его дожидаться.

Вот день проходит, другой…. Никак не идёт Оранжевый Фонарик, не несёт ножку! И улицу освещать некому, и все бока Жёлтый Фонарик на скамейке отлежал…

Но тут пришёл Слон и говорит:

— Что же ты, Фонарик, на лавочке сидишь, а на улице совсем темно, дальше лавочки ничего не видно?!

— Понимаешь, я отдал свою ножку другому Фонарику. Он обещал скоро вернуться, да вот что-то не идёт!

— Беда…- покачал головой Слон. — Ну да ладно. Пойду, поищу твоего друга!

И ушёл.

Вернулся он нескоро. Не нашёл он Оранжевого Фонарика, зато принёс с собой Зелёную девочку-Фонарик.

У неё тоже была только одна ножка, и стали они светить по очереди: то Жёлтый Фонарик, то она.

Полюбили они друг друга, и светили ярко-ярко, как сто фонариков!

И на их улице всегда было светло, как днём.

Как Шмяк стал Чивом

Воробей Шмяк вечно что-нибудь роняет. Завтрак — на штаны. Перья — в кашу. Ранец — на школьного директора.

Не то чтобы он хилый, просто задумчивый. В его голове всё время вертится музыка! То весёлая, то грустная, то задорная, то спокойная. А музыку Шмяк просто обожает! Потому и музыка обожает приходить к Шмяку в гости.

Но вот окружающие обижаются. Особенно директор. Уж больно много учебников в ранцах у современных детей!

Однажды вызывает директор Шмяка в свое дупло и говорит:

— Учащийся Шмяк! Сколько же можно знаниями кидаться!? У меня макушка болит!

— Орёл Степанович! Я нечаянно! — чирикнул Шмяк и замер.

Глаза закрыл и новую мелодию слушает. Ничего вокруг не видит и не слышит!

Мудрый физик Орёл Степанович достаёт свои хитрые приборы, инструменты, схемы и мастерит электронный СЛУХОТРОН. Надевает Шмяку на голову и подключает к школьному радио.

И по всей птичьей школе звучит удивительный, необыкновенный концерт!

Все учителя замолчали, ученики застыли на своих жёрдочках! Все слушали до тех пор, пока Шмяк не вспомнил, что сидит в кабинете директора.

С тех пор жизнь воробья наладилась. Мама купила ему много чистых дисков и пригласительных открыток.

Теперь Шмяк пишет в открытках, к которому часу ждёт в гости очередную мелодию, и больше ничего не шмякает и в школу не опаздывает. Ведь теперь мелодии прилетают к нему, когда он свободен и может записать их через слухотрон! А записанные диски воробей дарит друзьям.

Кстати, они теперь зовут его не Шмяк, а Чив. По-птичьи это означает «композитор».

Все птицы очень рады. А больше всех радуется Орёл Степанович.

Кролик-математик

Грустный кролик Иннокентий мечтает стать математиком. Носить стильные очки. Знать много научных слов, которые даже произнести трудно. Быть чётким и точным во всем и всегда.

Но Иннокентий родился поэтом. Зрение у него стопроцентное, правильное написание «параллелограмма» и «параллелепипеда» в его ушастой голове никак не укладывается. А уж опаздывает он всегда и везде. Вдобавок по алгебре у него «тройка».

Сидел как-то Иннокентий в глубокой печали над теоремой косинусов и думал о своей несбыточной мечте…

И вот что у него получилось:

О, математика, Царица всех наук!

Объять тебя мне не хватает рук!

О, озари своим вниманьем вдруг!

О, подари своих сокровищ пук!

Пучок то есть. Букет.

А вот теорему косинусов так и не выучил.

Начался урок алгебры. И, как на зло, ворона Римма Сергеевна вызвала Иннокентия к доске.

Кролик заволновался, задёргал ушами, пытаясь хоть что-нибудь вспомнить, но напрасно.

— Ка-а-ар! — огорчилась Римма Сергеевна. — Иннокентий! Опять не выучил!

— Я… я стихи сочинял! — залепетал кролик, и уши его от стыда стали горячие-горячие, как оладьи на сковородке.

— Стихи? — удивилась учительница. — А при чем тут стихи?

— Так они про алгебру…

— Пр-р-ро алгебр-р-ру?! — ахнула Римма Сергеевна. — А ну, пр-р-рочти!

И кролик прочёл своё стихотворение, заикаясь и поикивая.

Учительница громко захлопала крыльями и каркнула:

— Молодец, Иннокентий! Ставлю тебе «пятёрку»! Садись.

Иннокентий опешил:

— Римма Сергеевна…Так ведь я теоремы не знаю!

— Ничего. Приходи в гости, я тебе её объясню. Главное, что ты алгебр-р-ру любишь!

Про Макаку

Жила-была Макака. А у Макак всё не так, как у людей. У людей руки — так руки, ими ложку берут, ноги — так ноги, на них ботинки обувают…

«А у меня не поймёшь: то ли руки, то ли ноги…», — размышляла Макака, срывая ногой банан. Или задней рукой? Попробуй, разберись!

Очень хотелось Макаке во всем на людей походить. Пошла Макака в магазин и купила себе на задние лапы — чёрные ботинки, на передние — перчатки белые лайковые. Натянула перчатки, обулась и на прогулку пошла. Важно так, на задних лапах.

Вдруг из-за куста Леопард ка-ак выскочит! Ка-ак кинется к Макаке! Та — удирать на четвереньках… На дерево залезть не может — перчатки и ботинки мешают. Сбросила их кое-как и на пальму вскарабкалась. Уселась и ну ругаться! Сначала — на Леопарда, а потом — на людей:

— Да ну их! Всё у них не как у макак!

  

  

  Секрет Пудреницы

Пудреница никак не могла понять — ну почему из неё все время что-то сыплется? Надоело. Стиснула Пудреница зубы покрепче и смотрит, что из этого выйдет.

Подошла Мама к туалетному столику, стала Пудреницу открывать — не открывается! Рот у неё на замке. «Пусть хоть молотком стукнет — слова не скажу!» — думает Пудреница.

А Мама бережно взяла Пудреницу и отнесла Папе:

— Дорогой, посмотри, что случилось с моей любимой Пудреницей?! Только осторожней, не сломай!

Пудренице стало приятно, что её так любят, и она разулыбалась. Мама напудрилась и ушла с Папой в театр.

А Пудреница поняла: радость из неё сыплется! Радость.

Улиткина мечта

Улитка была старенькая и неповоротливая. Вдруг прилетел на ветку Скворец и решил склевать Улитку.

— Исполни моё последнее желание! — взмолилась она. — Это мечта моей жизни!

— Ладно, — сказал Скворец. — Исполню. Но потом всё равно съем. Говори, чего ты хочешь?!

— Научи меня летать!

Делать нечего, слово — не воробей, вылетит — не поймаешь.

Стал Скворец учить Улитку подпрыгивать — получилось. Потом Улитка научилась с ветки на ветку перепархивать, а потом долетела до соседнего дерева!

Скворец был страшно доволен и не собирался есть свою ученицу.

— Моя школа! — гордо заявил Скворец, глядя в небо…

Наступила осень. Все улитки во главе со старенькой Улиткой улетели на юг. Вслед за скворцами.

  Сказка про Занозу

Жил-был Слон. Пошёл Слон погулять и посадил в левую пятку задней ноги занозу. И очень огорчился. Ведь сегодня у Слона должно было состояться первое в жизни выступление, где он танцует Белого Лебедя. А как будешь танцевать, если у тебя в пятке — заноза? И Слон заплакал.

— Извините, я тут ни при чём,- сказала Ива, которая стала Занозой. — Я росла тихо, никого не трогала. Я не виновата, что Вы на меня наступили.

А Слон плакал огромными слоновьими слезами, и каждая слезинка была величиной с блюдце!

Иве стало жаль Слона, да и сидеть в его пятке порядком надоело:

— Уважаемый Слон, перестаньте плакать. Возьмите мёду, намажьте им этот стог сена и приложите к пятке, из которой я торчу!

— А поможет? — всхлипнул Слон, прижимая медовое сено к пятке.

— Должно помочь. Так всегда делают люди, если посадят занозу. Только вместо сена они берут вату, — сказала Ива, протискиваясь наружу.

Ну, вот и все!

Слон отнёс Иву на берег реки и посадил в землю. Ива пустила корни и выросла крепким и умным деревом.

А Слон с тех пор стал внимательным и старался ни на кого не наступать, никого не обидеть. Это очень важно. Особенно, когда тебе поручают танцевать Белого Лебедя.

Волшебный Кустик и его друзья

Жил-был в лесу удивительный Кустик. Все его листья были разноцветные — красные, синие, жёлтые, голубые, фиолетовые, изумрудные… Но самым удивительным было то, что они были волшебными: стоит сорвать один лист и загадать желание, как оно непременно сбывается.

Все лесные звери знали это и часто обращались к Кустику с просьбой сорвать один листочек. Кустик был добрый и никому-никому не отказывал.

— Кар-р-р! — прокаркал однажды старый мудрый Ворон, пролетая над Кустиком.

— Кар-р! Ты стал почти прозрачным, совсем мало листьев у тебя осталось. Разве ты не знаешь, что кусты и деревья дышат листьями? А ещё листья ловят солнечных зайчиков, которые потом греют тебя всю зиму! Кар-р! Не давай больше срывать свои листья, Кустик. Ты заболеешь и не вынесешь морозов!

Сказал так Ворон и улетел.

А Кустик призадумался. Но тут к нему подбежала заплаканная Белка:

— Кустик, дорогой, дай мне один лист! Мой маленький Бельчонок потерялся в лесу, его Рысь съест!

— Жалко Бельчонка! Возьми, Белочка, мой синий лист! — ответил Кустик.

Белочка поблагодарила его и сорвала синий лист. И тут же на поляну выскочил испуганный Бельчонок и бросился обнимать маму.

Кустик радостно зашелестел оставшимися листьями, но тут вдруг увидел под своими ветками Бабочку с оторванным крылом. Кустик заплакал и сам помог Бабочке оторвать самый нижний лист. У Бабочки тут же выросло новое крыло.

— Спасибо, дорогой Кустик! — сказала на прощание Бабочка и улетела.

А на поляну приполз старый слепой Ёж и попросил:

— Кустик, миленький, дай мне один лист! Я совсем ничего не вижу и не могу искать себе еду!

Кустик не смог отказать слепому Ежу и подарил ему голубой лист.

— Ура! Я вижу солнце! — обрадовался Ёж. — Спасибо, милый Кустик!

Но Кустик ничего не смог сказать в ответ. Ведь шелестеть ему было уже нечем!

Все звери и букашки прибежали на поляну.

— Кар-кар! — прокричал старый Ворон и с укором посмотрел на зверей.

-Что же вы натворили! Нашему Кустику теперь нечем дышать! Он умирает!

Белочка с Бельчонком заплакали, а Бабочка прошептала:

— Может быть, нам поможет Лесная Фея?

— Лес-на-я Фе-я! — хором закричали все звери, птицы и букашки.

Прилетела Лесная Фея и сказала:

— Увы, я не могу помочь Кустику вырастить новую листву! Я могу только усыпить его раньше срока, будто пришла зима. А весной, может быть, у него появятся новые листья. Вот только не знаю, что с Кустиком будет, когда придут настоящие зимние морозы! Он ведь совсем слабый.

— А мы построим Кустику тёплый дом! — сказал Еж.

— Построим! Построим! — закричали звери и птицы. — Пусть Кустику будет тепло.

Так и сделали. Дом получился тёплым и уютным. Кустик уснул и проспал всю осень.

Пришла зима. Все лесные жители встречали Новый год, и каждый загадал одно-единственное желание: чтобы Кустик был здоров.

И это желание сбылось! Весной на ветках Кустика набухли разноцветные почки, потом появились листья. А ещё Кустик впервые в жизни зацвёл!

Новогодняя сказка

У Ёлочки в новогодний вечер было много хлопот. Надо успеть принарядиться и помочь Деду Морозу развесить подарки: на нижних ветках — для мышек, на средних — для зайчишек, на макушке — для белок и бурундуков. Не забыть лосят и оленят, и, конечно, синиц и дятлов.

Ох, нелёгкая эта работа — быть красивой и весёлой, когда ветки так и хочется опустить вниз, такие тяжёлые они от подарков!

Но Ёлочка держалась молодцом. В этом году она впервые победила в конкурсе красоты среди всех лесных ёлочек, и ей выпала честь стать Новогодней Ёлочкой. Её короновали настоящей сияющей Звездой — победительницей конкурса Новогодних Звёзд.

Ровно в двенадцать часов важный чёрный дятел с праздничной алой шапочкой на голове отстучал клювом двенадцать ударов, и все лесные звери и птицы принялись поздравлять друг друга с Новым Годом, с новым счастьем! А белки и бурундуки затеяли беготню среди веток Новогодней Ёлочки, помогая зверятам снимать подарки…

Весело и уютно было Ёлочке. Жаль только, не могла она вместе со всеми водить хоровод. Но это не беда, Ёлочка размахивала ветками в такт карнавальной песенке и старалась, чтобы от неё пахло по-праздничному замечательно…

Танцы и песни продолжались до самого утра, а когда небо посветлело, Новогодняя Звезда попрощалась с Ёлочкой и улетела на небо.

…Уставшие зверята уснули. Ёлочка бережно покачивала на своих ветвях белочек, бурундуков, пичужек, нижними ветками укрывала зайчат и пела им колыбельную песенку, в которой был такой припев: «Хорошо на свете жить, когда есть, кого любить!».