ПОХОРОННЫЕ  ОБРЯДЫ

 

Издревле  важнейшим  моральным  долгом  для  родных  и  близких  считались  проводы покойного  со  всеми  почестями  в  последний  путь.  Это  связано  с  тем,  что  у  корейцев  основным  каноном  моральной  этики  являлся  культ  предков.

Но  с  течением  времени  обрядовые  культы,  в  том  числе  похоронные,  видоизменились,  а  некоторые  намного  упростились  или  же  исчезли  вовсе.  Тем  не  менее,  корейцы  стараются  придерживаться  старинных  канонов  похоронного  обряда,  передаваемых  из  поколения  в  поколение.

По  дошедшим  до  нас  рассказам,  в  древней  Корее  обычно  умирающего  старого  человека  старший  сын  взваливал  себе  на  спину  и  уносил  в  глухой  лес,  где  оставлял  его  умирать.  Что  происходило  с  останками  умершего  человека,  можно  только  представить.  По  некоторым  описаниям,  покойников  подвешивали  к  дереву.  Бывали  случаи,  когда  трупы  сжигали,  но  это  в  основном  касалось  буддийских  монахов.

Чем  беднее  был  покойный,  тем  проще  была  форма  его  погребения.  По  описанию  корееведа  Ю. В. Ионовой,  в  старину  в  Корее  в  каждой  деревне  существовали  так  называемые  похоронные  общества  взаимопомощи  «Хяндо».  Данная  организация  была  большим  подспорьем  для  бедных  крестьян.  Каждая  семья  выплачивала  членские   паи,  на  которые  устраивались  похороны  деревенских  жителей.  Кстати,  в  Советском  Союзе,  в  местах  компактного  проживания  корейцев,  особенно,  в  сельских  местностях,  существовали  подобные  организации  «Хяндо»  или  «Ноинхве».  Однако  для  высших  слоев  общества – янбанов и  государственных  чиновников – существовали  специальные  трактаты  похоронных  обрядов,  предусмотренные  конфуцианством.

В  доме,  где  находился  умирающий  человек,  создавалась  атмосфера  полной тишины.  Тут  же  оповещались  все  родственники  и  друзья.

В  старину  существовал  такой  порядок:  когда  умирала  женщина,  её  переносили  в анбанг (спальню),  а  мужчину – в  саранбанг (гостиную).  Когда  умирал  глава семьи,  то  около  него  собиралась  вся  семья  и  начинала  оплакивать  его.  Мужская  половина  семьи  занимала  места  в  зависимости  от  возраста  и  степени  родства  с  правой  стороны,  а  женщины – с  левой.  Они  держали  за  руки  или  ноги  умирающего  человека  и  наблюдали,  как  наступает  смерть.  Если  умирающий  оставлял  устное  завещание,  то  наследники  принимали  его,  сидя  у  изголовья.

Мужчина  должен  был  умереть  на  руках  своих  сыновей  или  родственников  мужского  пола.  А  женщина  умирала  на  руках  дочерей  или  близких  родственниц.

Сразу  после  смерти  рот  и  ноздри  покойного  прикрывали  ватой.  Таким  способом  преследовали  две  цели:  пытались  задержать  душу  в  теле  и  мешали  выходу  зловонного  духа  янчи.

Тело  покойного  накрывали  одеялом.  Начинался  ритуал  под  названием  ког – традиционное  оплакивание  усопшего.   Соседи,  услышав  долгие  протяжные  причитания  членов  семейства,  узнавали  о  кончине,  и  затем  слух  быстро  распространялся  по  всей  деревне.

В  первый  час  после  смерти  совершался  обряд  чохон – вызов  духа.  Верхнюю  одежду,  которую  при  жизни  носил  усопший,  закидывали  на  крышу  дома.  Один  из  родственников  забирался  наверх  и,  стоя  лицом  к  северу,  размахивал  одеждой.  При  этом  он  громко  три  раза  выкрикивал  имя  покойного.  Таким  образом,  он  давал  знать  духам  о  смерти.  Затем,  спустившись  с  крыши,  накрывал  ею  покойника.

В  комнату,  где  лежал  умерший,  вносили  маленький  столик,  на  который  ставили  три  чашки  с  рисовой  кашей,  три  чашки  с  рисовой  водкой  (суль)  и  три – с  закуской.  Рядом  ставили  три  пары  сандалий,  сделанных  из  рисовой  соломы.

Почему  именно  по  три?  Одна  порция  кушаний  приносилась  в  жертву  духам,  встречающим  душу  умершего,  вторая  предназначалась  духам-распорядителям  умершего,  а  третья – самому  покойному.

После  того,  как  наполнили  чашечки  водкой,  присутствующие  делали  поклон  дел.  Затем  его  еду  со  стола  собирали  в  одну  поминальную  посуду (туда  же  наливали  водку  из  трех  чашек)  и  закапывали  в  землю  или  же  выбрасывали  в  кусты.  Этот  ритуал  называли  садя  баб,  т.е.  кормление  посланцев  с  того  света.

В  старину  в  высших  слоях  корейского  общества  на  этот  счет  господствовали  конфуцианские  воззрения.  Для  них  посмертное  существование  человека  представлялось  в  образе  трех  духов,  обитавших  на  небе,  земле  и  под  землей.

У  простолюдинов  этому  обряду  придавалось  иное  значение.  Они  как  бы  избавлялись  от  духа  умершего  и  совершали  данный  обряд  для  того,  чтобы  душа  умершего  не  возвращалась  к  живым.

В  первый  день  после  кончины  труп  омывали  душистой  водой.  Покойника  обряжали  в  специально  приготовленную  одежду.  Обычно  её  шили  из  тонкого  пенькового  полотна.  В  корейских  деревнях   пожилые  люди  заранее  готовились  к  смерти  и  шили  такую  одежду.  Погребальная  одежда  запахивалась  в  противоположную  сторону,  чем  при  жизни.

Умершего  человека  причесывали,  стригли  ему  ногти  на  руках  и  ногах,  а  обрезки  ногтей  собирали  в  маленький  мешочек  и  прятали  под  одеяло.

Позже  этот  мешочек  клали  в  гроб.